Клава, известная в поселке самогонщица, решила расширить свое предприятие и вытеснить с рынка своего конкурента самогонщицу Машу.
Для этого Клава стала отпускать самогон всем алкашам в долг.
Алкаши поперлись со всей округи, объемы продаж взлетели.
В долг ведь!
Хотя Клава, не будь дурой, отпускала товар под расписку: Имя-отчество, фамилия, паспорт, когда заплатить пообещал - договор, в натуре.
Племяш Клавы, как раз в банке работал. Как увидел эту стопку фьючерсов, тут же Клаве кредит под них добыл.
Клавка сахару закупила - и дело пошло пуще прежнего!
В банке вопросов с кредитом не возникло, кредит-то надежно обеспечен залогом - если не Клава отдаст, так с алкашей возьмут.
Тут в банке возникла классная идея: давайте рассортируем расписки по срокам, под них выпустим бонды и впарим иностранцам.
Итак, банк под расписки выпустил алко-бонды и привлек иностранный капитал.
Довольные иностранцы друг другу эти бонды продавать начали, цена на них поперла вверх.
Никто не понимал что это, но раз банк гарантирует и цена растет, значит надо брать.
Так бы и шло, но Петрович из экономического отдела начал вонять, что надо бы деньги с алкашей собирать - выплаты-то по бондам уже на подходе.
У алкашей, ясен хрен, денег не оказалось - и Клава объявила банкротство.
Даже магазин, который Клавке сахар продавал, разорился из-за внезапно упавших продаж.
Цены на бирже на алко-бонды упали на 95% - а банк пришлось срочно спасать - за счет непьющих.

И зачем Петрович вонять начал?

Источник